Сольный проход

2 0

Пограничный переход с польской стороны был абсолютно пуст. Кроме меня, через Буг в Беларусь изъявлял желание проехать только один белорус на крутом мотоцикле. Фото: Getty ImagesЧерез три часа без всяких проблем въехал на территорию Польши, причем даже не заметил, где это произошло. Внутри ЕС, действительно, почти все кордоны сняты. Однако поляки все еще соблюдают меры предосторожности: многие носят маски, в придорожных кафе (на АЗС) прямо у входа стоят столики с дезинфицирующими жидкостями. Польша оказалась больше, чем я о ней думал. Почти 800-километровый маршрут занял весь световой день. До Варшавы мчался с ветерком по отличным автобанам, но затем оставшийся до границы путь пролегал через городки и поселки — там уже пришлось вспомнить о тормозах. Интересно, что я так и не встретил нигде указателя с надписью «Брест». Только навигатор и выручил. Может, это один из признаков польской внешней политики, ориентированной исключительно на Запад?

Внутри Евросоюза, действительно, почти все кордоны сняты. Однако поляки все еще соблюдают меры предосторожностиПограничный переход с польской стороны был абсолютно пуст. Кроме меня, через Буг изъявлял желание проехать только один белорус на крутом мотоцикле. Увидев его «Ямаху», польские пограничники (все в масках) забыли о своих прямых обязанностях, осыпали парня вопросами о цене, мощности и других мотоциклетных тонкостях. Протянутый мною паспорт был даже не пролистан — поставили штамп не глядя и махнули рукой: проезжай, не отвлекай нас от японского чуда.

Но что ждет на том берегу? Там — белорусы, у нас с ними, как известно, общий Союз, они осуществляют пограничные и таможенные формальности. Интересно, как это происходит.

А вот как. Сначала ты оказываешься перед заграждением в виде металлического столба прямо посреди проезжей части. Из расположенной рядом будки выходит служивый и просит показать документ. Показываю. Пограничник укоризненно качает головой: «Что же это вы пересекли сплошную линию? Правил не знаете»? Следует короткая лекция о знаках и символах дорожного движения, я ссылаюсь на усталость от дальнего пути, потом он что-то коротко бросает в переговорное устройство и, выслушав ответ, нажимает кнопку, после чего столб плавно уходит вниз, дорога свободна.

От радости, что все так про-сто, я слишком шустро нажимаю на газ и… проскакиваю следующую сплошную линию. Там, за ней, дежурит девушка или женщина (попробуй разбери, если все лица спрятаны под масками) в форме. Она тоже делает замечание, но при этом еще и подносит к моему лицу прибор, измеряющий температуру. У меня температура нормальная. Если же обнаружится гость с повышенным градусом, то его машину поставят на штраф-стоянку, а самого несчастного немедля отправят на неотложке в больницу. Такие инциденты время от времени здесь случаются.

Следующий кордон. Там просят выйти из машины, предъявить документы. Пока один пограничник проверяет паспорт, автостраховку и карточку ВНЖ — вида на жительство, другой с фонариком производит беглый осмотр автомобиля, как я понимаю, на предмет перевозки посторонних лиц. Впрочем, может, преследуется и другая цель, иначе зачем солдатику изучать содержимое бардачка?

Но самое трудное впереди. Таможня! Вот где приходится задержаться подольше. Надо пойти в соседнее здание, там за шесть евро тебе оформят таможенную декларацию на автомобиль, потом вернуться к машине, где очередной служивый в куртке с надписью «Мытня» устроит допрос. Что везем в чемодане? Сколько бутылок спиртного? А сигареты есть? А какое-нибудь оружие? И что из лекарств? На этот раз машину осматривают более тщательно, просят открыть багажник, светят фонариком под сиденья, опять заглядывают в бардачок. Я всю жизнь в дороге, сотни раз пересекал разные границы и давно привык к тому, что раз идешь «зеленым коридором», то никто ни о чем тебя не спрашивает. Но тут свои правила, приходится с ними считаться. Ситуацию спасает то, что все стражники и мытники исполняют свой служебный долг доброжелательно.

Наконец, последний рубеж. Здесь опять заглядывают в паспорт, звонят куда-то и, убедившись в том, что я не нарушитель, открывают шлагбаум. Правда, если быть точным, то в Бресте транзитному путнику надо выполнить еще одну обязательную формальность, а именно — приобрести транспондер для проезда по платным дорогам. Это такая маленькая коробочка, которая крепится на лобовом стекле и издает писк при проезде под контрольными фермами на автобане. Платишь пятьдесят евро (все расчеты, конечно, в белорусских рублях), получаешь прибор и можешь ехать до Москвы и обратно. Вот так местные власти извлекают прибыль из транзитного положения своей страны.

Проделав более чем тысячекилометровый путь, я был вознагражден приятным отелем в Бресте (настоящие «четыре звезды плюс» и всего за пятьдесят евро — половина обычной цены), а утро следующего дня посвятил осмотру мемориала «Брестская крепость» — уже ради одного этого стоило затеять такое путешествие.

В воскресенье вечером был Минск, там еще одна ночевка, и — заключительный этап маршрута, семьсот пятьдесят километров до Москвы. После поворота на Оршу начиналась Россия. На это указывало скопление из множества фур. Мою машину здесь тормознули тоже. Правда, я так и не понял, какую службу представлял человек в камуфляже и с маской на лице. Убедившись в наличии у меня краснокожего российского паспорта, камуфляж пожелал счастливого пути. Никаких справок на отсутствие вируса, обязательств соблюдать карантин никто от меня не требовал. В пять вечера, оставив позади две тысячи сто километров, я оказался дома.

В заключение надо сделать важное замечание, оно пригодится тем, кто захочет повторить мой эксперимент. Через границу, особенно в обратном направлении, пропустят лишь обладателей карточки с правом на ПМЖ или ВНЖ. Если у вас в паспорте только обычная шенгенская виза, то оставайтесь дома. И еще. Правила постоянно меняются, причем не всегда в сторону смягчения. Так, оказавшись в Москве, я прочел об ограничениях, введенных для резидентов из Чехии, им отныне придется проходить двухнедельный карантин при въезде в Словению, Латвию и Эстонию. Это вызвано тем, что на днях чехи превысили уровень позитивного ковид-теста в 15 человек на сто тысяч населения, а потому перешли из «зеленого» в «желтый» список.

Предыдущие новости:

Обсуждение

500
  Подписаться  
Уведомлять