Чёрное утро, Вьетнам

1 0

И пусть увесистая посылка драгметалла не дошла до шестидесятнических адресатов, актуальности она ничуть не утратила: лучше-то за минувшие десятилетия не стало — более того, конкретно чёрному населению Америки стало едва ли не хуже. По крайней мере, такова неизменная позиция оскароносного Спайка Ли, чей новый, снятый для Netflix фильм «Пятеро одной крови» причудливым образом перекликается с сиюминутной заокеанской повесткой.

Режиссурой он претендует на манеры состоявшегося классика: крупнит, стараясь комбинировать приключенческое кино — местами чуть ли не истерн-притчу (здесь, конечно, надо вспомнить «Золото Маккены») — с множеством деталей. Взбадривает основную сюжетную линию стильными экшн-флешбеками в плёночном «зерне» и старомодном 4:3. Трагикомично пародирует Копполу коротенькой зарисовкой под «Полёт Валькирий». Аутентично воссоздаёт записи вьетнамских радиопрограмм, в которых афроамериканским рядовым предлагали отречься от белого начальства. Наделяет персонажей пороками и внутренними конфликтами. А до кучи, симпатично забавляясь с монтажом, не стесняется добавлять в слоистую художественную фабулу документальные вставки, будь то знаменитый антимилитаристский спич Мохаммеда Али, справочные сноски про Малькольма Икс с Анджелой Дэвис или монолог Мартина Лютера Кинга.

Впрочем, столь смелый замах на эпичность играет с картиной злую шутку в плане целостности. Точнее, её отсутствия. Допустим, местами всё это работает как надо: есть, например, потрясающе поставленная саспенсоёмкая сцена с миной и ещё одна, с ядовитой змеёй и сломом «четвёртой стены». Но как минимум не реже Da 5 Bloods смотрится то неоправданно затянутым (два с половиной часа!) подражанием семидесятническому Голливуду с растратой времени на пустопорожний трёп и заездами в артхаус, то странноватым политическим очерком. Иногда, к тому же, удивляя откровенной нелепостью (попробуй пойми, в чём концептуальный замысел отказа от омолаживания персонажей в тех же флешбеках банальным гримом или модными нынче цифровыми «масками»).

Да и актёры справляются, мягко говоря, неоднородно. Вот, скажем, Делрой Линдо великолепен: изображать подавленное безумие настолько достоверно, порой останавливаясь в полушаге от переигрывания (и под занавес давая-таки жару абсолютным сумасшествием в сольном путешествии сквозь ад), дано не каждой голливудской звезде. Мелькающему в воспоминаниях четвёрки Чедвику «Т’Чалле» Боузмену досталась примерно та же роль идеального марвеловского вождя — разом и бесстрашной «чёрной пантеры», и мудрого пацифиста типа вышеупомянутого MLK. Жан Рено карикатурен в роли карикатурного же французского афериста в светлом костюмчике. Остальные не претендуют на запоминаемость — ну и Бог с ними. Форму у Спайка традиционно перевешивает содержание.

Которое — без сюрпризов — под стать автору. Из «Пятерых одной крови» можно, например, узнать, что по-настоящему в джунглях воевали и мучились преимущественно чёрные — пушечное мясо, издевательски отправленное умирать и убивать европеоидными тыловыми крысами. И этим тезисом приличествующий духу времени пафос не исчерпывается, ведь прошлое с носорожьим изяществом экстраполировано на современность. Программные монологи запросто приравнивают всех без исключения негров к перемолотым вооружённой агрессией азиатам — и заодно к жертвам всех остальных неоколониальных агрессий: они, дескать, в аналогичной степени искалечены Дядей Сэмом. Макгаффин — пресловутый золотой груз — до смешного синонимичен нынешним требованиям выплатить потомкам рабов репарации. А главный герой — заблудший пария, «чужой среди своих», по умолчанию обречённый на одиночество и стремительный психический распад, демонстративно носит трампистскую кепку с надписью Make America Great Again.

Хотя кепкой и вообще закадровым призраком Трампа создатель «Чёрного клановца» на сей раз не удовлетворился. Его ревизия культовых лент о жестокости войны — «демонах Вьетнама», чересчур стойком запахе напалма, неизлечимом посттравматическом синдроме — в какой-то момент уходит далеко в сторону от обличения звёздно-полосатого империализма. Приходя к иезуитской идеологической подтасовке — прицельному осуждению «белых привилегий» и «белых амбиций» с тем подтекстом, будто именно они всегда и выливались в заграничные авантюры Вашингтона (привет, Обама). Ожидаемыми довесками идут бескомпромиссное противопоставление этнического меньшинства этническому большинству, огульная критика государственных конструктов, лобовая агитация под лозунгом Black Lives Matter… И, в конце концов, истошный (разве что чуть смягченный «ветеранской меланхолией») призыв к абстрактной «справедливости».

Что, разумеется, не может не рифмоваться с нынешними событиями на улицах Нью-Йорка, Сиэтла, Миннеаполиса, Ричмонда… Десятков городов, где прямо сейчас тоже бушует своеобразная война. Война, начатая с вроде бы благими намерениями, однако сопровождаемая осквернением памятников, циничным попранием общественных институтов, безнаказанным криминальным реваншем «униженных и оскорблённых», потаканием левацким заскокам. Ну и вообще — курсом на превращение могучих, сложноустроенных Соединённых Штатов в нечто совершенно иное. Разделённое гротескным выпячиванием своих страданий одними — и уродливым принуждением других к вечному коллективному чувству вины.

2.5

Предыдущие новости:

Обсуждение

500
  Подписаться  
Уведомлять